03.10 В Берлине 7:30 утра - кофе и сигареты" или два мира

DONE . Ссылка

07.10 кровавые следы

DONE . Ссылка

11.10 молоко и мёд
15.10 на грани или недоразумение
19.10 предательство или почерк
23.10 тлен
27.10 путешествие в Россию или пушистый плед
31.10 революция
04.11 сокровенное и темное
08.11 Я

Пролог.

Она легла рядом, как это обычно бывало у них по субботам. Расстегнула пиджак и, не сняв туфель, вытянулась поверх покрывала, собравшегося складками вокруг грузного тела. Вытянула из вороха подушек одну, себе под голову, и аккуратно прикоснулась к запястью лежавшего.
- Знаешь, - немного подумав, сказала она, - мы сделали такую прорву глупостей.

***

- Для человека, получившего от жизни чуть больше, чем пара сломанных в пьяной драке ребер, здесь на удивление неприятная погода. – Ая машинально прикрыл ладонью розовый рубец.
- Снова болит? – Хлоэ приподнялся и заглянул ему в глаза. – Останься сегодня. Можно я тебя поцелую?
Он поцеловал Аю чуть ниже ключицы. Под кожей сосуды просвечивали как размытая дождем карта метро, от Семи Сестер до Хаттона, с пересадками, пересекая расплывшийся желтоватый синяк
- Говорят, миротворцы в Югославии так узнавали девушек-снайперов. С обеих сторон. На тонкой коже, - Хлоэ тихо рассмеялся, - отдача часто оставляет следы.
- Очень интересно. – Ая повернулся на другой бок и плотнее укутался в одеяло. – А теперь спи.
Хлоэ слушал его сонное дыхание, переходящее в тихий храп, и думал, что так заснуть никогда не получится, что кровать все-таки слишком узкая, а под утро опять придется отвоевывать одеяло …
Завтрак он проспал.

***
…прощаясь, она осторожно провела пальцами по его щеке, покрытой показавшейся седой щетиной. На ощупь кожа, неупругая и холодная, напоминала дешевый пластик кабинок общественных туалетов
Приоткрывшийся рот с как-то враз истончившимися губами обнаруживал пожелтевшие, немного неровные зубы. Светлые глаза, подернутые мутной пленкой, как это бывает у старых и очень больных голубей, пристально всматривались в окно.

***

На третьем этаже кирпичного здания по Инвернес-стрит было пусто, пахло пылью и новым ковровым покрытием.
- Взрывчатки было слишком много, это привлекло немало ненужного внимания.
- Но сэр, вы сами хотели, чтобы это списали на ирландцев.
- Или Аль-Каиду.
- Или Аль-Каиду. – Говоривший не скрывал довольство. – Или сумасшедших антиглобалистов. А с заменой старику вы определились?
- У меня есть перспективный юноша на примете.

***

Она не могла позвать его по имени. Чувствовала, что если дать имя этому , имя живого человека, чей запах все еще оставался в спальне, и острый душок, который распространяли лежавшие перед ней останки , не мог вытеснить запахов одеколона, табака и пота немолодого тела… стоит только назвать имя – и все будет утеряно, уже навсегда.
- Ничего, что ты заблудился, - она не узнала собственный осипший голос. – Я тоже заблудилась. Я почти как ты, только говорю немного, а так все одно. Безымянное мясо. Но я все исправлю. Все временно.
Она подоткнула покрывало, будто больному ребенку, и плотно укутала показавшиеся было пятки – белые, с темными фиолетовыми пятнами.

***

В воскресенье утром Хлоэ мечтал о вытертом тысячами задниц плюше в Старбакс на Бонд-стрит. О коричневых флаконах от мадмуазель Кинсеро. О запрудах тягучего солнечного света между портьер. О первой чашке кофе.
В воскресенье на чай пришла Михироги, и Хлоэ пришлось натягивать воскресную шелковую рубашку на кевларовый бронежилет.
"Проза жизни", – пожаловался Хлоэ отражению. Отражение сочувственно скривилось в ответ.
Воскресенье откладывалось.

Глава 1.

Вечер понедельника окончился экстренным чаепитием. Собравшиеся за столом ощутимо пованивали копотью, перебивавшей аромат дарджиллинга.
- Мы в жопе. – Юки нервно потер переносицу. – В большой такой, жирной жопе.
- Юки, хватит, - Ая поморщился.
- Хорошо, босс , - Хлоэ фыркнул и разгладил край пиджака, внезапно случившийся там, где еще с утра был лацкан. - Могу перефразировать слова юного джентльмена куртуазней. Мы в месте, подозрительно напоминающем крайне глубокую задницу, и видит бог, у нас нет оснований для других предположений.
- Хватит. Сейчас не время. Просто не время. – Нана поставила чашку с остывшим чаем. – Не заставляйте меня в очередной раз говорить о приоритетах. Тем более, - ее губы со следами помады казались выцветшими и то и дело сжимались в тонкую линию, - я не уверена, что готова тратить на это остаток моих сил. У нас достаточно насущных проблем.
- Да. – Ая пожал плечами. – Мы собираемся уточнять судьбу Мишеля и Фри?
- Не думаю, что они могли выжить при взрыве. Кроме того, если у них и был шанс, их наверняка захватили… - Она шумно выдохнула.
- Если так, думаю, они уже подопытные кролики. И я не могу рисковать остальной командой ради них. – Ая аккуратно размешал сахар. Звук, с которым металл коснулся фарфора, показался неестественно громким. – Нам нужна информация. Более точная, более свежая. В следующий раз мы не должны быть утками на гриле.
- Перепелами. – Хлоэ рассеяно нахмурился.
- Что?
- Перепелами на вертеле, Ая. Правильно говорить "перепелами на вертеле".
- В любом случае. - Нана задержалась в дверях и оглядела гостиную. Сидящих по-прежнему было четверо. – Приводите себя в порядок и будьте начеку. Я приеду как только узнаю что-нибудь новое.

***

В гостиной работал телевизор. Звук был выключен, но со стороны могло показаться, что Ая, откинувшийся на спинку дивана, поглощен шоу.
- Никогда не подкрадывайся ко мне сзади. Это раздражает.
- Положение, знаешь ли, обязывает. – Хлоэ положил руку ему на плечо. – Звонила Михироги. Мне кажется, она была нетрезва. В конце концов Мишель был ей как племянник. Я не могу оставить ее в таком состоянии.
- Ясно. Мне поехать с тобой? – В мелькающих отсветах было видно  как Ая нахмурился.
- Не бери в голову, – ладонь Хлоэ была горячей.
- С чего ты предположил….
- Значит я ошибся. Все равно не бери в голову. Не думаю, что тебе стоит видеть женские пьяные слезы. Да и ей это не поможет. Кроме того, я привезу новую информацию, если она есть.
- Хорошо. – Ая слегка коснулся его пальцев. - Делай что должен.

***

Когда Нана открыла дверь, Хлоэ решил, что последний раз так дерьмово она выглядела в конце двухтысячного. Полностью лишенная косметики, ее кожа казалась уже не смуглой, скорее светло-серой. Красные пятна на лбу и щеках выдавали физическую усталость.
- Он был один? – Хлоэ невольно поморщился. В холле остро пахло отбеливателем.
- Если бы он был не один, не думаю, что ты смог бы зайти ко мне на чашку чая, красавчик. – Нана нервно рассмеялась и прикоснулась к ссадине на предплечье. – Иди ко мне в спальню.
- Вот так сразу?
- Сейчас же. Нам нужно как можно скорее от него избавиться.
Массивная дубовая дверь, ведущая в спальню на втором этаже, была явно и грубо взломана. Посреди спальни, на шелковом персидском ковре лежало тело с перерезанным горлом.
- Двадцать одна тысяча сорок фунтов. На аукционе, – Нана слегка пнула лежавшее перед ней тело. Длинные, слипшиеся от крови дрэды заскользили как клубок сонных змей. – Я отдала за этот ковер. И через две недели я должна выбрасывать его из-за джанки, решившего поиграть в наемного убийцу.
- Сочувствую. – Хлоэ огляделся. – У тебя есть проволока или веревка? И дорогая, может быть стоит сменить кодовые фразы? Если так пойдет дальше, в команде могут решить, что ты алкоголик.
- Пусть. И как ни странно, я не держу дома бухту-другую веревки. Так что просто перетащи его в центр и сверни ковер.
- Почему мне всегда достается самая неделикатная работа?
- Прошу тебя, Хлоэ. Не сейчас.
- Ладно. - Хлоэ посерьезнел и закатал рукава рубашки. – Все равно эти брюки давно пора выбросить. Подгони машину к входу.

***

Похоронная компания "Якобсон и сын" была широко известна в узких кругах за то, что при должной благодарности их крематории были доступны проверенным людям в любое время. Поговаривали, что с тех пор, как русские, албанцы и арабы вытеснили "Фирму" с основного рынка, для них настали нелегкие времена, но черный костюм мистера Якобсона - старшего, своим видом деликатно намекавший на натуральную шерсть и ручные стежки, свидетельствовал об обратном.
Получив причитающиеся ему деньги, небрежно уложенные в пестрый бумажный пакет, он поинтересовался, не желает ли мисс Михироги и ее спутник как обычно увидеть весь процесс своими глазами, сердечно пожал руку и удалился, придерживая пакет узловатыми, желтыми, словно масло, пальцами.

***

В круглосуточной кофейне кроме них была еще парочка слишком ярко накрашенных девчонок, громко лопотавших по-вьетнамски, и старик с пустой птичьей клеткой. Город качался на острие между ночью и рассветом.
- Нападавший. Он что-нибудь сказал перед смертью?
- Ничего стоящего. Твердил, что я помешанная на контроле сука с нелепой прической. Кричал, что за ним придут другие.
- Всегда приходят, - Хлоэ фыркнул. – И у тебя стильная прическа
Осоловевшая официантка принесла Нане кофе, цветом больше напоминающий жидкую глину.
- Как КР? – Хлоэ откашлялся и выпил воды.
- Я делаю все возможное. Он в Швейцарии. Отправлен медицинским самолетом. Надеюсь ты понимаешь, - она жестом попросила официантку повторить, - что никто не должен знать о покушении. Даже если ты с этим кем-то время от времени спишь.
- Я все понимаю. – Хлоэ поджал губы. – Это никогда не было для меня проблемой. Ты должна знать.
- Верно.
- Что с разработками дзайбацу Гранкостер?
- Все еще нестабильны. Активность мутагенов на триста процентов выше допустимой нормы. Полипептиды без дополнительных инъекций денатурируются за двенадцать часов. Сам понимаешь, - Нана в очередной раз пригладила волосы, - мы не имеем права лечить КР этим. Только не его.
Она прикоснулась к щеке Хлоэ костяшками пальцев, будто походя погладила большую собаку.
- Езжай. Нам всем нужно отдохнуть. Я приеду завтра.
Допивая третью чашку кофе, она проследила, как он сел во второе подъехавшее такси, и вынула из кармана плаща мобильный.
- Господин Такатори? Услуга за услугу. Нам нужен доступ к Острову.

TBC

"Тру видела его профиль - профиль Сэма, хлёстко повернувшего голову и глядящего на своего брата в упор. Он был, наверное, тоже очень симпатичным парнем - но именно был, когда-то, не сейчас. Сейчас его лицо было так искажено злостью, отчаянием и горем, он был такой взлохмаченный, такой взъерошенный и помятый, что, встреть она его на улице, приняла бы за алкоголика, сбежавшего из клиники по лечению наркозависимостей. Горе не красит людей. Этот парень был похож на человека, только что потерявшего самого близкого, кто у него есть. И пусть этот самый близкий всё ещё сидит рядом и ведёт машину - он уже мёртв. Тру знала это. Она трогала пальцами его холодные закрытые веки."

UPD. Я тормоз. А фик написала Аликс. Кто бы сомневался, а?

Ангельская резиденция оказалась студией под самой крышей. Лифт был сломан, и под конец пути, обливаясь потом и проклиная духоту, Сэм чувствовал, что если он и не в аду, то, по крайней мере, где-то подозрительно недалеко.
Дверь распахнулась за секунду до того, как он успел постучать, и воин господень предстал перед ним во всей красе: полосатые трусы, несвежего вида майка, обтянувшая небольшое пивное брюшко, и пара крыльев, едва не подметавших пол. Белоснежные перья были кое-где заляпаны кетчупом.
- Чего уставился, - с небритого лица остро блеснули синие глаза. – Входи или проваливай

(c)

Трэш это мое все, наверное. Трэш на высооооких котурнах.
Довычитаю - тут повешу, и на необжитой еще свалке креатива на baywords - наверное.

Фэндом:WK
Wordcount: 137

Ночами Юки слушает сити соул. Теряется в многочасовых записях чужих вздохов, кашля, шагов. В шуме городов, о которых мечтает.
Он знает, что нигде ничего не меняется, но продолжает верить, что когда-нибудь сможет уехать достаточно далеко, и через всю Атлантику опустится плотный туман, укрывающий его от внимательных глаз.
Юки путешествует от одной веб-камеры к другой. От продвинутых клубов к крупным магазинам и домам тех, кто был недостаточно осмотрителен или исподволь хотел, чтобы за его жизнью наблюдали.
Юки убеждает себя, что был там: в конце концов, он видел это своими глазами.…
Когда боль, тихо пиликающая между переносицей и глазницей, оказывается сильнее его, он, не раздеваясь, падает на кровать.
Юки снится танцовщица в одном из Тайпейских клубов. У нее шоколадная кожа и ярко-красные дреды, толпа движется одном ритме с ней, а Юки не может оторвать взгляд от ее гладкого живота.

Не самое лучшее настроение поднял как нечего делать -_____-