Раз такое дело, то если поспешит, еще успеет принять участие в «Параде гордости» в Иерусалиме. 

По этому случаю я повесил у себя материал
Михаэль Дорфман ЕЩЕ ОДИН БАБНИК В ПРЕЗИДЕНТЫ ИЗРАИЛЯ

Рабби узнал о том, что его любимый сын крестился. Он посыпал голову пеплом, порвал одежду, снял обувь и сел на пол, как принято, когда у евреев умирает близкий человек. Раввин страстно молился и вопрошал небеса

-         Готеню, Господь мой. Разве я не учил усердно Тору и не учил ее другим? Разве я не соблюдал усердно Закон Твой? Разве я не делал добрые дела, как заповедано в «Поучениях Отцов»? Так почему же такое горе. Почему же мой сын, мой любимый сын перешел в христианство.
-         Разве только твой сын? - ответил ему голос по еврейскому обычаю вопросом на вопрос.

Вывесил я в журнале свой малоизвестный текст о крещенных евреяx в зеркале еврейских анекдотов.  

НАРОД СКАЖЕТ, КАК ЗАВЯЖЕТ

ПОЧЕМУ САИД

Встречаются два эмигранта.

- Привет, старик. Как дела?
- Нормально.
- Устроился? Язык выучил?
- Да, говорю, вроде.
- И понимают?
- Да, разве они поймут!

Блистательную методологию анализа того, что и как понимают эти самые "они" - западные люди, предложил в своей знаменитой книге "Ориентализм" исследователь культуры и литературный критик, профессор Колумбийского Университета Эдвард Саид - уроженец Иерусалима и палестинский беженец. Вера Райдер, наверное, единственный русский автор, проведший с ним интервью в 2002 г. Поводом предложить интервью нашим читателям стал выход в августе 2003 г. новой книги эссе Эдварда Саида "Размышления об изгнании и другие эссе" Reflections on Exile and Other Essays : by Edward W. Said [Harvard University Press 2003.] Хотя поводов вспомнить об идеях Саида множество - от откровенно коммерческого мультфильма "Синбад" до взрывов в Багдаде и Иерусалиме.

На обложке сборникa американско-палестинского философа и исследователя культуры Эдварда Саида воспроизведен знаменитый протрет Данте в изгнании. Средневековый поэт на обложке книги современного американско-палестинского ученого показывает, что в этой книге много общего и для всех, уехавших в эмиграцию и приехавших жить американской жизнью, и тех, кто ощущают себя беженцами, и тех, кто "не в изгнании, а в послании", лелеет свою самобытность, и тех, кто считает, что нашел историческую родину и живет со своим народом, и даже тех, кто никуда не уезжал, зато куда-то делась страна, в которой он вырос и привык жить. Наверное никто так пронзительно и глубоко не рассматривал вопросы вазимодействия культур в эмиграции, положительные и отрицательные стороны отрыва от родины, как это сделал Эдвард Саид. Кроме того, если твой дом нигде, то он везде. Как и наоборот. Книга Саида о ложном понимании культуры Востока, но его метод помогает понять, как на Западе вщспринимают любую незападную культуру, в том числе российскую или еврейскую.

Книги Эдварда Саида надо прочесть еще и потому, что события последнего времени все чаще напоминают о другой его великой книге "Ориентализм" и последовавших за ней других работах этого востоковеда-ориенталиста, но именно Саид и развенчал этот термин.

Вышедший недавно на экраны полнометражный мультфильм "Синбад. Легенда семи морей" http://www.sinbad-themovie.com/ компании Dreamworks - всего лишь дешевая попытка использовать популярное имя, как коммерческий бренд.

- "Да и небезопасно по нынешним временам использовать положительные арабские образы в американском кино, - считает кинокритик и продюсер Джек Шахин, пытающийся создать арабское лобби в Голливуде, - фильм не соберет кассы. Вот про террористов - другое дело".

Возможно поэтому от "Тысячи и одной ночи" в фильме осталось лишь, что кто-то отправился путешествовать морем. Фильм "Синбад" не о семи чудесных путешествиях багдадского купца Аль Синдбада, а о пирате. Даже имя героя подверглось обрезанию для удобства произношения американских подростков. Качественная анимация пейзажей и монстров много теряют от поверхностных карикатур известных голливудских артистов, чьи голоса озвучили фильм. "Синбаду" не удается пока повторить кассовый успех прекрасно сделанного диснеевского "Алладина". "Алладин" же сделан в точном соответствии с саидовским "ориентализмом", т.е. так, как западный человек представляет себе Восток. Возможно из-за хорошей песни, фильм (какой) приветствовали многие американские мусульмане.

Ставший бестселлером "Ориентализм" не является научным исследованием в строгом значении этого слова. Саид назвал его памфлетом. Противники и поклонники Саида сделали "Ориентализму" медвежью услугу, изобразив его как антизападный. На самом деле книга - диалог культур с точки зрения культурной самодостаточности и равенства. Споры вокруг вышедшей еще в 1979 г. книги не утихают до сих пор. Образы фильма "Алладин" тоже пользуются огромным успехом до сих пор. Шустрый багдадский мальчик, имеющий мало общего с реальным арабским миром и с персонажем из "Тысячи и одной ночи", прочно вошел в американскую культуру, стал узнаваемым брэндом Голливуда наравне с Микки Маусом или Лион-Кинг, попал в книжки, на майки, компьютерные игры, обертки сластей и куда только нет.

Последние события вызывают обоснованные опасения, что и люди, по долгу службы занимающихся Востоком, тоже верят в реальность мира мультфильмов больше, чем фактам реального мира. Похоже, западные политики и спецслужбы воспринимают Средний Восток в точном соответствии с блестящими эдвард-саидовскими определениями ошибочных западных стереотипов. Иначе трудно понять, как оснащенные чудесами современной технологии разведка и окруженные сонмом профессионалов политтехнологов американские и британские политики поверили в реальность быстрого установления демократии в Ираке.

Трудно допустить, что американский президент или британский премьер умышленно лгали, уверяя публику в существовании огромных запасах оружия массового поражения, которое можно запустить в течение 45 минут, о беспилотных иракских самолетах, грозящих Флориде отравляющими газами и смертоносными бактериями, об алюминиевых трубках, предназначенных для атомных бомб, о всемирном заговоре Аль-Каиды. Без Эдварда Саида никак не понять, откуда взялся фантастический рассказ о бункере Саддама Хусейна, могущий выдержать даже термоядерный удар. Очевидно, что западные союзники искренне верили, что идут на Восток за сказочными сокровищами, которые легко взять. Пускай не за золотом и пряностями, а за нефтью. Поэтому им и самим невдомек и публике не объяснишь, почему после победы бензин не подешевел, а продолжает дорожать и сегодня цены всего на несколько центов ниже самой высокой отметки накануне войны.

Действительность не обескуражила западных союзников. Сила "ориентализма" так велика, что даже захватив Ирак, они не дают фактам себя запутать. Кабинетные аналитики и боевые генералы столкнулись с сопротивлением и не могут поверить, что против них воюет не огромная разветвленная бюрократия со штабами, субординацией и чинопочитанием. Публике тожественно поставляют противоречивые оценки, за которыми нетрудно разглядеть, что власти сами ничего не знают и очень мало понимают. Политики говорят, что война окончена, что цели достигнуты, что с враждебным режимом Саддама покончено. Одновременно погибают солдаты от пуль "лойялистов Саддама", террористов Аль-Каиды или каких-то других, пробравшихся через границы и атакующих позиции освободителей, полумифических организаций, вина которых никогда не была доказана в суде.

Основываясь на своем армейском опыте, рискну допустить, что никакого организованного сопротивления в Ираке пока нет. В 1980 г. в первый день войны я вошел в Ливан в составе израильских войск. Наши командиры не питали никаких иллюзий по поводу целей войны. Пока премьер Менахем Бегин по телевизору распинался об угрозе безопасности Израиля, а министр обороны Ариэль Шарон уверенно объявлял об установлении нового порядка на Ближнем Востоке, наши командиры говорили другое. "Это не война, где мы защищаем нашу страну, - говорил нам командир Амос, - Мне здесь не нужны герои. Ваша главная задача в этой кампании вернуться домой живыми". Потом я от многих слышал, что такой инструктаж проводили в войсках повсеместно.

Поначалу мы не столкнулись с сопротивлением. Шииты, христиане и друзы встречали нас дружелюбно, посыпали рисом, предлагали кофе, сигареты и гашиш. Ведь Израиль вооружил их трофейным советским оружием, помогал в гражданской войне с палестинцами. Тогда еще не было самоубийц. Не было дорожных мин и выстрелов в спину. Еще не было Хизбаллы, а шииты еще не поняли, что Израилю они больше не нужны. Спустя несколько месяцев я вернулся в Ливан. Израильская армия уже сидела за колючей проволокой укрепленных баз, а солдаты в отпуск отправлялись только на вертолетах.

Против 100-тысячного экспедиционного корпуса с танками и самолетами у палестинцев было что-то около 30 тысяч легковооруженных бойцов по всему Ливану, около трех десятков танков. Я сам участвовал в эвакуации легендарных пещерных арсеналов Арафата. О них тогда говорили не меньше, чем о бункере Саддама Хусейна. И тоже в терминах из "Тысячи и одной ночи". Там было много легкого стрелкового оружие, минометов, Еще немного противовоздушных средств обороны и РПГ. Те самые ракетно-пропеллерные гранаты, которыми стреляют в американцев. Ими же стреляли и в нас.

Первыми нам дали отпор мальчишки. Шустрые алладины вооружились разбросанными повсюду РПГ и "калашниковыми" и пошли играть с нами в войну.

Армия учит многому, а прежде всего армейская муштра учит преодолеть страх. Но не избавляет от страха. Солдат идет в бой, но намерен вернуться домой. Мальчишки смерти не боялись. Они не понимали, что значит смерть. Да и навидались ее за 15 лет кровавой гражданской войны. Залягут такие вот 13-летние алладины на холме среди оливковых или вишневых деревьев, или в винограднике при дороге, нацелят РПГ на военный джип или группу солдат, и жмут на гашетку. Потом с криками выбегают, садятся в уворованный мерседес и с бешеной скоростью гонят по ухабам, не разбирая дороги. Часто водитель был так мал, что за рулем не видно. Палестинцы сражались в своих лагерях, защищали свои дома, но пока организовались взрослые, воевали мальчишки. Очевидно, то же самое происходит в Ираке, на всем Востоке и лишь описанный Саидом "ориентализм" мешает это увидеть. "Изменчивую и богатую событиями действительность, - пишет Эдвард Саид, - трудно принять потому, что большинство людей сопротивляются лежащему в основе такого подхода представлению: человеческая идентичность не только не является чем-то естественным, но конструируется и даже порой откровенно изобретается. Частично причиной того неприятия и враждебности, которые были проявлены по отношению к книгам, подобным "Ориентализму" (а после него к "Изобретению традиции" и "Черным Афинам"), является то, что они подрывают наивную веру в бесспорную позитивность и неизменяемую историчность культуры, самости, национальной самобытности.

Впрочем, мальчишки всегда дают отпор первыми. Когда гитлеровские оккупанты надвинулись на СССР, то в тылу первыми начали воевать мальчишки. По-уличному, пацаны. Валя Котик, Марат Казей, "Молодая гвардия". Слово "пацаны" в русском языке приобрело другой смысл. Взорвали Крещатик в 24 сентября 1941 г или штаб-квартиру ООН в Багдаде в 18 августа 2003 уже далеко не "пацаны", а матерые диверсанты, как Николай Кузнецов или Станислав Ваушпасов. Лишь потом появились партизаны, оправились подпольные райкомы, появилась "рука Москвы". Вот тогда - то и заставили переписать историю и даже литературу в угоду социалистическому реализму, тоже, по сути, версия описанного Саидом "ориентализма". Переписывают до сих пор. Недавно один из московских телеканалов показал передачу о попытке немецких диверсантов убить лидеров стран антигитлеровской коалиции в Тегеране. Нового в передаче не было ничего, кроме одного. Видимо, для нужд пропаганды, диверсантов именовали террористами.
Тот, кто учил арабский и исламскую цивилизацию в хороших университетах знает, что среди множества классических текстов сказки "Тысяча и одной ночи" там почти не вспоминают. Прекрасные сказки ведь тоже своего рода "ориентализм" не только из-за винопития и оргий, противных благовоспитанному мусульманину. Наиболее "пряные" места пропущены и в западных и российских изданиях, например в красочном советском многотомном издании. "Сказка-ложь" и для классического арабского классического сознания вымысел считался низким недостойным искусством. Недаром в классических арабских текстах вымысел всегда вкладывается в уста рассказчика. Поэтому понадобилась Шехерезада, рассказывающая свои сказки. Западные люди восприняли "Тысячу и одну ночь" как аутентичное выражение арабской души и с легкой руки предвзятых исследователей миф о "цветистом восточном воображении" пошел гулять по страницам серьезных книг. "Все подобные географические обозначения, - пишет Саид, - являются странной комбинацией эмпирического и воображаемого. Сама идея Востока, которая является обиходным понятием в Британии, Франции и Америке, происходит по большому счету не столько из стремления описать этот регион, сколько из желания господствовать там и каким-то образом защититься от него".

Саиду возражали многие. Его критиковали за то, что, выделяя передергивания, расизм и враждебность востоковедения-ориенталистики, он не упоминал многочисленные научные и гуманистические достижения. Саиду остроумно отвечал ведущий западный ориенталист, оксфордский профессор Бернард Люис в книге "Запад и ислам" Но так и не смог отвести развенчание востоковедения, как объективной науки. Не поняли Саида и с арабской стороны. Вдохновленный успехами национально-освободительного движения в Африке французский исследователь Муссалам заявлял, что алжирец не мог бы написать такую книгу. Но Саид и не отрицает, что "Ориентализм" вышел из вполне конкретной истории личной потери и национальной дезинтеграции палестинского народа. Резко критиковали книгу и марксистские ученые, обладающие большим влиянием в университетах США. Для тех арабов и мусульман, которые воспринимали западное вторжение с тревогой и опасением, эта книга оказалась первым серьезным ответом Западу, который на самом деле никогда не слушал Восток и никогда не прощал его за то, что он является Востоком. Они приняли "Ориентализм" как систематическую защиту ислама.

Саид, кстати, сам христианин, отвечает,

- "Ориентализм" может быть принят за книгу, встающую на защиту Ислама, только при игнорировании той половины моих рассуждений, где я утверждаю (как и в следующей книге "Covering Islam"), что даже первобытное сообщество, к которому мы принадлежим от рождения, не защищено от конфликта интерпретаций.

- То, что на Западе кажется возникновением Ислама, возвратом к нему, или его возрождением, в действительности является борьбой мусульманских обществ за определение Ислама.

В ответ на "ориентализм" Саида израильский ученый Авишай Маргалит и британец Йен Бурума предложили блестящую модель "оксидентализма" - системы воззрений, предвзятых мнений, враждебности и непонимания незападными народами западной цивилизации. Модель прекрасно объясняет многие феномены, например, почему Израиль - не Запад, но не отрицает, а лишь дополняет предложенный Саидом метод.

Дело в том, что Саид развенчивает общепринятые модели Восток и Запад, показывает их относительность и зависимость от места, времени и наблюдателя. Израиль - это Восток или Запад. По мнению Саида, несомненно израильтяне - ориенталисты. По мнению американцев - несомненный Запад. Американское кино показывает конфликт на Ближнем Востоке в точности, как на Диком Западе - хорошие честные белые и плохие, лживые и порочные индейцы.

За полгода до начала войны в Ливане я учился на закрытых армейских курсах. К нам в часть приехал тогдашний министр обороны Ариэль Шарон. Нравы тогда еще были патриархальные, начальство ходило почти без охраны. Мы вольно расселись на траве, вперемешку курсанты, командиры и люди из эскорта министра. Сам Шарон уже тогда страдал от чрезмерной тучности и на землю не садился. Он произнес зажигательную речь, называл нас авангардом нации, обещал, что скоро мы увидим плоды приходя к власти правого правительства. Потом он отвечал на вопросы. Я спросил министра, правдивы ли слухи, что сократят срок службы с трех лет до двух. Шарон посмотрел на меня белыми кроличьими гразами, по своему обыкновению пожевал губами и уверенно заявил, что работает над тем, чтобы служба сократилась на полгода для парней и на год для девушек, а тем "кто служит тяжело, то им и меньше служить, чтобы отдать время ужению". Поверив министру, я отнес свои небогатые сбережения в банк для обеспечения своей учебы после армии и положил в акции. Через полгода началась война и мне пришлось не только отслужить весь срок но еще задержали на полгода. Через два года акции упали и обнаружилось, что все без исключения израильские банки вступили в сговор и создали финансовую пирамиду, с целью раздувания курса своих акций. Еще через несколько лет я участвовал в ток-шоу известного израильского журналиста Мордехая Арциэли "Субботняя культура". Гостем шоу был депутат парламента Ариэль Шарон, отстраненный по решению судебной следственной комиссии от поста министра обороны, и я спросил его, были ли за полгода до начала Ливанской войны планы. Он ответил, что у военных есть планы на все случаи жизни.

Впрочем, американские модели вовсе не учат делать добро. Нынешний президент США Джордж Буш часто говорит о необходимости бороться со злом. А это совсем не одно и то же.

Я помню встречу с профессором Эдвардом Саидом. Худощавый человек с чертами лица, часто встречающимися в Израиле, как у арабов, так и у евреев, с большими крестьянскими руками в американском клетчатом пиджаке. Саид рассуждал о критике литературы, о Мишеле Фуко, которого он толкует как исследователя "чужого", о методе Жака Деррида, с которым дружит...О Саиде Деррида вспомнил в своей лекции на церемонии получения звания Почетного доктора в Иерусалимском университете в июне 2003. Метод Саида, по словам Деррида помогает понять творчество погибшего в Холокост замечательного германско-еврейского поэта Пауля Целана.

Беседа между рожденным в Иерусалиме арабо-американцем и живущим в Иерусалиме русским израильтянином не могла не коснуться и вечно раскаленной темы взаимоотношений между нашими народами.

- Нет взаимопонимания, потому, что обе стороны не видят друг друга реальными.

Я возразил, что такова природа человеческого сознания. Теория Сэпира-Уорфа гласит, что, люди видят мир не таким, как он есть, а через некие ментальные структуры, которые и являются основой мировоззрения.

- Верно, но на эти структуры еще надевают фильтры.

Я спросил, свойственен ли ориентализм израильтянам. Как пример типичного ориентализма Саид вспомнил Голду Меир. Но не известное изречение про палестинцев, что мол, она не знает такого народа, а мы мол, сами палестинцы, у нас даже палестинский паспорт был при британцах. Саид вспомнил о высказываниях Голды Меир по поводу израильских "Черных пантер". Молодые лидеры этого громкого движения протеста - евреи, выходцы из исламских стран, попали к ней на прием, рассказывали ей о нищете, дискриминации, запустении, социальных проблемах. В ответ Голда спрашивала: "А кто вы такие? Где работаете? Где работают ваши родители?". Потом, уже среди своих, на встрече с собственной партийной молодежью Голда нашла нужным сказать: "Они... несимпатичные молодые люди".

Через полторы недели после начала войны в Ливане я был в огромной колонне израильских военных грузовиков шедшей по единственному шоссе, связывавшей Ливан с Израилем. Мы вывозили трофейное оружие из пещерных арсеналов Арафата. На пограничном посту в Рош а-Никра колонна остановилась. Бывалые солдаты не сильно переживают задержки. Большую часть времени в армии отбирает ожидание. Позже оказалось, что армейскую колонну остановила таможенница. Ее начальники в министерстве финансов решили, что как всякий груз, приходящий в Израиль, трофеи тоже должны облагаться налогом. И наши начальники побежали звонить в Тель-Авив. Переговоры между Министерством обороны и минфином продолжались целые сутки, потом еще перекладывали деньги из одного кармана в другой. Пока же в разгар военных действий, призванных, по словам тогдашнего израильского премьера "покончить с угрозой терроризма и на 40 лет здесь воцарится покой", единственная дорога, связывающая тыл с фронтом была забита. Я же сидел на ливанской стороне, слушал арабскую музыку, ел из каски удивительно вкусные огромные ливанские вишни, которую незадолго до того научился понимать и бросал косточки в сторону израильской границы.

Через 20 лет неподалеку от этого места фотокорреспондент Нью-Йорк Таймс сделал скандальный снимок Эдварда Саида, якобы бросающего камни на израильскую сторону. Саид посетил родину своей жены в Южном Ливане после отхода оттуда израильтян. С семьей он приехал на границу и смотрел в сторону Иерусалима, куда ему заказано приезжать. На прощанье он бросил камешки, как мы бросаем монетки, надеясь вернуться туда еще раз. Фотограф заснял этот момент и пустил гулять утку, что немолодой человек в инвалидном кресле бросал камни в израильтян.

Знаменательно, что в пору политической активности Саида, бывшего членом Палестинского национального собрания (потом он порвал с Арафатом и стал его суровым критиком), его учителями и научными руководителями были евреи и сионисты Харольд Блум и Гартманн. Знаменательно и, что Саид нашел свою профессорскую кафедру в самом еврейском университете мира - Columbia University в Нью-Йорке. Еврейском не по названию. По названию есть Еврейский университет в Иерусалиме. Еврейском не потому, что традиционно там большинство преподавателей и студентов евреи. Самым еврейским Колумбийский университет стал в силу духа просвещения и терпимости, который всегда отличал гуманистическое, светское и свободное еврейство.

Эссе "Размышления об изгнании" по-русски можно прочесть здесь. http://magazines.russ.ru/inostran/2003/1/saide-pr.html

Чем хуже, тем лучше. Демократическая партия не готова к власти. О ведьмах, ниггерах и жидах. Почему не хотят еврея - кандидата в президенты. Голосуем за Ральфа Недера!  

Банальная фраза о том, кто бы мог подумать еще год назад, что Барак Обама - реальный кандидат в президенты США. Он и тогда был несомненным говоруном, демагогом (в буквальном смысле слова, как говорящий для демоса, для народа). Однако великих дел за ним не числилось. Теперь он доказал себя. Надо уметь собрать вокруг себя людей, чтобы добиться почти невозможного. Обама доказал, что несомненно готов для президентства.

Другой вопрос, готова ли Демократическая партия для власти? На мой взгляд - НЕТ. Демократы еще слишком связаны с корпоративной Америкой, с большим бизнесом, с идеями глобализации в духе свободно-рыночной экономики. Поражение на грядущих президентских выборах поможет Демократической партии избавиться от духа «третьего пути», клинтонов, рейганистов, приватизаторов и лоббистов большого каптала. Рейган не рейганистом. Истинными рейганистами были Клинтон и его команда.

Идеальное для американской политики соотношение, когда демократы контролируют Конгресс при умеренном республиканском президенте. Любая республиканская администрация, действующая старыми методами и отдающая дела на волю рыночной стихии, да еще ведущая бесперспективную войну на Ближнем Востоке, не способна справиться с нынешним экономическим кризисом.

Ленинский тезис «чем хуже, тем лучше» как никогда более актуален для Демократической партии. Демократы должны вернуться к традиционным избирателям, к трудящейся Америке, к ценностям Рузвельтовского New Deal, k организованному рабочему классу, ко всем тем, кого двадцатилетие рейгономики низводит на самый низ социальной лестницы, лишает работы и элементарных социальных прав.

Я приветствую Барака Обаму, но голосовать я буду за Ральфа Недера. Если выбирать меньшее зло, оно все равно остается злом.

Впрочем, демократам не стоит впадать в эйфорию. Их противники доказали свое неумение вести войну, доказали свое ничтожество в экономических вопросах, во внешней политике. Но предвыборные кампании, особенно грязные, они умеют вести. Да еще как умеют! МакКейн может вспомнить, как Буш с командой оплевали его собственные боевые заслуги.

Еще несколько замечаний о предвыборной гонке. МакКейн назвал сенатора Хилари Клинтон ведьмой. Призыв Let's get the witch! Аудитория восприняла с восторгом. А ведь этот сексистский призыв когда то вел к сжиганию женщин на кострах, к охоте на ведьм. Обвинение «ведьма» стоило жизни тысячам женщин, чем-то отличавшимся от окружения. Публично назвать женщину ведьмой - это все равно, что назвать еврея жидом или афроамериканца ниггером. Если бы МакКейн назвал так Обаму, его немедленно личевала все Америка. А вот если женщина - то все можно.

Профессор Джорджтаунского университета и комментатор на CNN Дона Бразил руководившая предвыборным штабом Гора-Либермана на президентских выборах в 2000 г. пишет о Либермане: "Наши еврейские друзья были против его участия в выборной гонке. Они говорили "Мы не хотим привлекать внимания к себе"". Ведь какая шумиха поднялась вокруг расистских и человеконенавистнических высказываний Джеремаи Райта, пастора церкви, куда ходит семья Обамы. Нет сомнения, что там проповедь этнической нетерпимости звучит не в первый раз. Так, что Слава Богу, что Обама - не ортодоксальный еврей. Что бы было, если бы занялись изучением того, какую ненависть извергают порой наши видные раввины в наших синагогах под видом проповеди иудаизма.

Сейчас много говорят насчет гиюра - принятия иудаизма.  Наши религиозные иудейские юзеры, особенно самые зелотствующие из них, любят упражняться на мой счет, мол, я только ругаю религиозных. Ссылаются на некие извежчные законы, дарованные Богом на Синае, по которым надо гнобить желающих принять еврейство, издеваться над ними, требовать выполнять уставы, которые большинство врожденных евреев не выполняют.

Я и похвалить могу, когда того заслуживает. Вот недавно похвалили раввина Хаима Друкмана за его старания облегчить людям процедуру принятия в иудаизм - гиюр.

Теперь и другой видный раввин, духовный вождь крупнейшего израильского религиозного движения ШАС рав Овадия Йосеф, носящий титул Первый в Сионе высказался в том духе, что суды по гиюру у нас слишком негибкие и отталкивают людей. Оказывается, «вечные законы», которые тут защищают разные мракобесы и суперфины, грешащие между делом антисемитизмом, не гнушаясь при этом слова жид, на  самом деле вовсе не вечные и не строгие.

Главный духовный авторитет сефардийского еврейства заявил, что существующий порядок отталкивает людей и вызывает их враждебность. Наши мракобесы и фанатики только этому и рады, потому, что  только в атмосфере «все против нас» и можно оправдать их проповедь национальной нетерпимости.

Ряав Овадия привел пример из Вавилонского Талмуда (Тр. Санхедрин 99-100). Праотец Авраам отверг Тимну, желавшую стать его наложницей. Тимна вышла замуж за Элипаза, праправнука Авраама со стороны Исава и родила Амалека, извечного врага еврейского народа.

Рав Овадия учит, что этот эпизод учит не отталкивать тех, кто желает прийти к нам. И с ним нельзя не согласиться.

Источник в Jerusalem Post   

РАВ ХАИМ ДРУКМАН УВОЛЕН ИЗ УПРАВЛЕНИЯ ГИЮРА

Я никогда не разделял взглядов раввина Друкмана по поводу удержания оккупированных Израилем арабских территорий. Однако, его страстная и настойчивая борьба за облегчение возможности принять еврейство (гиюр) для сотен и тысяч репатриантов из России не может не вызвать искреннего уважения.

В Израиле свыше 300.000 так называемых негалахических евреев. Часть из них не заинтересована быть евреями вовсе. Однако многие хотят записи в графе национальность. Одни искренне стремиться стать ортодоксальным иудеями. Другие - выбрали путь в неортодоксальных иудейских конфессиях.  Третьи видят в еврействе лишь национальность. Четвертые стараются ради блага детей,  котпотых израильское государство лишает возможности сочетаться в стране законным браком. Гиюр в Израиле с каждым годом усложняется и запутывается. Когда я приехал в 1976 году, то достаточно было устного заявления о своем еврействе. Сегодня необходимо множество справок и удостоверений, длительная процедура. Система гиюра в Израиле страдает от неэффективности и произвола, коррупции и взяточничества.

В течение многих лет рав. Друкман со своими учениками и помощниками пытался помочь людям, облегчить и ускорить процедуру гиюра, показать миру человеческое лицо иудаизма. Его уволили не по деловым причинам. Погрязший в коррупционных скандалах, находящийся под следствием глава правительства Эхуд Ольмерт принес его в жертву ультраортодоксальным политическим кругам в обмен на политическое выживание. Приносить в жертву интересы сотен тысяч избирателей не в новинку в израильской политике. Увольнение Друкмана означает, что потух еще один огонек разума, толерантности в нашем госаппарате.

Увольнение Друкмана означает, что забит еще один гвоздь в гроб национально-религиозного сионизма, так называемых вязанных кипот (ермолок). Руководствуясь принципом «Тора и труд» религиозный сионизм определял лицо израильского иудаизма с момента образования государства. Он поднял замечательные проекты - религиозные киббуцы, независимое профсоюзное движение и больничную кассу Мизрахи, газету «Ацофе», школы, молодежное движение Бней-Акива, Университет Бар-Илан и многое другое. В последние десятилетия все эти проекты захирели, потому, что основные силы были направлены на безнадежный проект еврейского заселения оккупированных территорий. Это и определило закат религиозного сионизма, падение его престижа в глазах избирателей. Прав был руководитель Национально-Религиозной Партии Звулон Орлев, сказавший, что увольнение Друкмана - нож в сердце религиозного синонима. Только нож этот воткнут уже в мертвое и холодное сердце, лишенное свободолюбивого и новаторского духа основателей религиозного сионизма.

О религиозном сионизме см. в моем материале:
«КТО СКАЗАЛ, ЧТО СИОНИЗМ ОБЯЗАТЕЛЬНО ЗНАЧИТ ПОДДЕРЖИВАТЬ ЕВРЕЙСКОЕ ГОСУДАРСТВО НА БЛИЖНЕМ ВОСТОКЕ?»

О раввинской коррупции см. 

• Михаэль Дорфман. ИЗ ГОРЬКОГО ВЫШЛО СЛАДКОЕ
• Михаэль Дорфман ПРЕЗИДЕНТ ИЗРАИЛЯ: ЕЩЕ РАЗ БАБНИК

О простоте гиюра в талмудические времена в моем материале
Михаэль Дорфман ПОСИДЕЛКИ С ТАЛМУДОМ

Сообщается, что компания Максимедия, занимающаяся в Израиле наружной рекламой не будет расклеивать в Иерусалиме афиши фильма «Секс и Город» (Sex and the City) по религиозным соображениям. Компания сообщает, что решение принято потому, чтов названии есть слово СЕКС. 

В конце 80-х религиозные фанатики в Иерусалиме доказали свою способность, когда сожгли в городе большинство автобусных остановок. Гнев мракобесов вызвало то, что на остановках установили рекламные афиши женского белья фирны «Оберзон». Мнения десятков тысяч пассажиров, вынужденных ждать автобуса под палящим солнцем в расчет как обычно не приняли.

Когда заканчивал заметку, увидел на CNN, что афиши не будут развешивать и в Петах-Тикве. Название этого одного из первых сионистских поселений переводится как Ворота надежды. Так, вероятно, заканчивается революция, и на смену новому еврейскому человеку приходит местечковый талибан.

Здесь мой материал «Секс в еврейском городе».

Сообщается, что на площади  перед синагогой в израильском городке Ор-Йегуда иудейские религиозные фанатики устроили  костер из книг Нового завета. Инициатива мероприятия исходила от религиозного заместителя мэра городка Узи Аарона.

Раввины «Народа книги» (выражение кстати, взято из Корана) в течение всей своей истории жгли книги. Фанатики-раввины в Провансе жгли книги даже выдающегося мыслителя и теолога Маймонида (Рамбама). Жгут неугодные книги и до сего дня.

Вывесил свой материал 2005 года «Раввины жгут книги».

Когда мы говорим с Богом, это - молитва. Когда Бог говорит с нами, это - психоз.

Я не люблю комментировать текущую политику. Однако последнее заявление моего президента Дж. Буша меня достало. Контакты с Ираном он сравнил с переговорами с нацистами. «Мы слышали эти дурацкие фантазии раньше. Когда нацистские танки пересекали Польшу, один американский сенатор заявил «Господи, если бы я только мог поговорить с Гитлером, всего этого можно было бы избежать». Мы должны назвать это своим именем - фальшивый комфорт умиротворения, которое раз за разом дискредитировалось историей».

Кого у нас только не сравнивали с Гитлером. Египетского президента Насера, Саддама Хусейна, Каддафи, Хуго Чавеса, даже Арафата. Но если Гитлер - это жалкий диктатор Саддам с разваливавющейся армией a тем более глава маломощной партизанской организации Арафат, боровшийся с самой сильной военной и экономической машиной Ближнего Востока, тогда и весь ужас Второй Мировой Войны и Холокоста сводится к мелкой бойне с погромом местного значения,.

Смешно и печально, что свои соображения о том, что нельзя вести переговоры с теми, кто хочет тебя уничтожить, Буш изложил именно в Израиле. Как раз Израиль постоянно и успешно ведет переговоры со всеми, кто провозглашал свои намерения уничтожить Еврейское государство - с Египтом, Сирией, Иорданией и даже Организацией Освобождения Палестины.

Потерпевший поражение во всем, за что брался, накрепко похоронивший мечты американской правой добиться крепкой власти, доведший до рецессии национальную экономику,  скомпрометировавший устрашающую силу американской армии, Буш дотягивает свой срок. Но он еще президент. Еще может отдать приказ начать ядерную войну. Он разговаривает с Богом.

Комментарии из ЖЖ можно прочесть здесь

Чем отличается еврейская мама от бульдога?, - спрашивали мы, - Бульдог иногда отпускает.

А чем отличается идишэ мамэ от террориста? С террористом иногда можно договориться.

И дети учились на докторов, адвокатов, становились лауреатами Нобелевской премий, лишь бы мама была довольна. Это работало, хотя цену за комплекс еврейской матери приходилось платить большую. Матерям и их детям.

Комплекс еврейской мамы страшен не тем, что она плохая. Идише мамэ как раз хорошая. Она страшна своей неадекватностью, отказом признать, что дети - не их часть, вроде рук и ног, а отдельные индивидуумы.

Впрочем, чтоб обладать комплексом идише мамэ не надо быть евреем. В сети этот текст есть и про итальянскую маму (об этом мне сказала и моя знакомая итальянская католичка, индийскую...) Более того, мой друг из Бостона добавил, что не надо быть и матерью тоже.

Замечательный текст я нашел некоторое время назад по наводке уважаемого Зямы Кренделя

Я пиарил этот текст в ЖЖ и по своим рассылкам. Народ рыдал. Но не весь. Оказалось, что довольно много моих друзей не знают английский язык в достаточной мере.

И я перевел текст. Он того стоит. Читайте и наслаждайтесь.

Это не было так смешно, если бы не было столь жизненно.

Перевод © Михаэль Дорфман

Eврейская мама: Алло!?
Дочь: Здравствуй мама. Могу ли я оставить у тебя детей на ночь?
М: Ты с кем-то встречаешься?
Д: Да.
М: С кем?
Д: С другом.
М: Не пойму я, почему ты оставила своего мужа. Такой хороший человек.
Д: Я его не оставляла. Он меня бросил.
М: Ты сама позволила ему бросить себя, а сейчас ты гуляешь неизвестно с кем.
Д: Я не гуляю неизвестно с кем. Смогу я оставить детей?
М: Я никогда не оставляла тебя, чтоб пойти  с кем-то, кроме твоего отца.
Д: Есть много вещей, которые ты делала, а я нет.
М: Ты на что намекаешь?
Д: Ни на что. Я только хочу знать, смогу ли я оставить у тебя детей на ночь.
М: Ты хочешь остаться с ним на ночь? Что скажет твой муж, когда об этом узнает?
Д: Мой БЫВШИЙ муж! Не думаю, что его это беспокоит. С того дня, когда он меня бросил, он вероятно никогда не спал в одиночестве.
М: Так ты собираешься спать у этого неудачника?
Д: Он не неудачник!
М: Человек, который встречается с разведенной женщиной с детьми - это неудачник и паразит!
Д: Я не хочу спорить. Смогу ли я оставить детей у тебя на ночь?
М: Бедные дети у такой матери.
Д: У какой «такой»?
М: Неустойчивой. Не удивительно, что муж тебя бросил.
Д: ХВАТИТ!!!!
М: Не кричи на меня! Наверняка ты кричишь и на своего неудачника тоже!
Д: Сейчас ты уже заботишься о неудачнике?
М: Ага! Ты видишь, он все таки неудачник. Я сразу это поняла.
Д: До свиданья, мама.
М. Подожди! Не вешай трубки! Когда ты привезешь детей?
Д: Я их не привезу! Я останусь дома!
М: Если ты всегда будешь сидеть дома, как ты надеешься кого-нибудь встретить?

 ------------------------------------------------------------------

Оригинал на английском

 Jewish Mother: "Hello?"
Daughter: "Hi Mom. Can I leave the kids with you tonight?"
Jewish Mother: "You're going out?"
Daughter: "Yes."
Jewish Mother: "With whom?"
Daughter: "With a friend."
Jewish Mother: "I don't know why you left your husband. He is such a good man."
Daughter: "I didn't leave him. He left me!"
Jewish Mother: "You let him leave you, and now you go out with anybodies and nobodies."
Daughter: "I do not go out with anybody. Can I bring over the kids?"
Jewish Mother: "I never left you to go out with anybody except your father."
Daughter: "There are lots of things that you did and I don't."
Jewish Mother: "What are you hinting at?"
Daughter: "Nothing, I just want to know if I can bring the kids over tonight."
Jewish Mother: "You're going to stay the night with him? What will your husband say if he finds out?"
Daughter: "My EX husband. I don't think he would be bothered. From the day he left me, he probably never slept alone!"
Jewish Mother: "So you're going to sleep over at this loser's place?"
Daughter: "He's not a loser."
Jewish Mother: "A man who goes out with a divorced woman with children is a loser and a parasite."
Daughter: "I don't want to argue. Should I bring over the kids or not?"
Jewish Mother:"Poor children with such a mother."
Daughter: "Such a what?"
Jewish Mother: "With no stability. No wonder your husband left you."
Daughter: "ENOUGH!!!"
Jewish Mother: "Don't scream at me. You probably scream at this loser too!"
Daughter: "Now you're worried about the loser?"
Jewish Mother: "Ah, so you see he's a loser. I spotted him immediately."
Daughter:"Goodbye, mother."
Jewish Mother: "Wait! Don't hang up! When are you bringing them over?"
Daughter: "I'm not bringing them over! I'm not going out!"
Jewish Mother: "If you never go out, how do you expect to meet anyone?"

Сибирь удивительно бесконечна и удивительно однообразна. Сибирь похожа на дешевый фильм, авторы которого вынуждены были экономить на декорациях. Сибирь напоминает мне "Шоу Трумана"...

Все вокруг делают вид, что я непрерывно перемещаюсь в пространстве. Мне трудно в это верить. В их глазах нет-нет, но проскальзывает еле уловимый подвох. А то, что за окном (язык отказывается назвать это природой) и является источником подвоха. Оно (то, что язык отказывается назвать природой) бесконечно самокопируется и самовставляется. Оно довольно тем, что ему удалось меня обмануть.

Не удалось! Я давно уже чувствую, что здесь что-то не так. Я знаю, все эти перелески, полянки и деревья рядками - всего лишь занавес. Ширма. За которой и скрывается Оно, желающее меня обмануть и усыпить мою бдительность. Оно ухмыляется улыбкой Джоконды и так меленько по подоничьи хихикает. Оно режиссирует этот затянувшийся спектакль и очень гордится собой. Оно меняет статистов, Оно поворачивает ко мне домики другими сторонами, Оно даже иногда возьмет, да воткнет на моем пути какой-то новый вокзал... Но я то знаю, что это обман. Я сижу в зрительном зале и готов закричать "Не верю!"...

Так "не верить" мне еще больше суток. И имя этому бреду - Духота...

Вот здесь на фото 1995 года (слева направо) Б. Окуджава, Лариса Герштейн – певица и зам. мэра Иерусалима и я, Михаэль Дорфман, тогда издатель и шеф-редактор газет "Негев" и "Аспекты". 
Увеличить, нажмите на снимок
~lamerkhav on deviantART

Включаются все громкоговорители. Сонный голос, изрядно выпившего мужчины, делая невыносимые паузы между словами, сообщает: "Если вы... хотите... забраться... на верхнюю полку... не наступайте... на стол... Это запрещается... кате... кате... категорически... Фуу... Обращайтесь к проводникам... и... просите... стремянку... Фу...". Цитата точная. Жаль, не могу передать интонации.

В вагоне хохот и оживленное обсуждение. Больше всего волнуют два вопроса. Является ли говоривший машинистом. И, если да, далеко ли до ближайшей станции.

Следую совету. Спрашиваю у проводницы, когда я могу получить свою стремянку. Она мне не нужна, но очень интересует ответ.

Проводница - милая девушка с огромным бантом из георгиевской ленточки на груди. Ни до, ни после двухминутной истерики от хохота внятных объяснений не дает. Собственно, никаких не дает. Всхлипывая остатками хохота, неуверенной походкой удаляется по проходу...

Если это сообщение станет последним в моем дневнике... Найти меня будет просто. Поезд "Челябинск-Чита". Смотрите новости.

Празднуй, Россия!

Оставшиеся в витрине торты «на меня не смотрели», но делать былчо нечего и я указал на третий торт. Менеджер вспомнил, что он - начальник. Он позвал паренька-латиноамериканца, который за несколько минут ловко и споро упаковал торт. Так кому они нужны, начальники?

Спасибо Ире Ш.

СИОНИЗМ ИЛИ ИЗРАИЛЬ?

К 60-летию провозглашения Государства Израиль

К наступающему  60-летию Израиля не грех исполнить частушку на тему на тему "а когда мы приехали" :-)

Так вот, когда я приехал в Израиль 30 лет назад, там совсем не было фигурных памятников (кроме скульптур в Мемориале Холокоста Яд Ва Шем и льва в Тель-Хай). Если хотели увековечить, то сажали рощу или лес. Ссылались на молодость нации, мол, есть у нас время подождать пока вырастет. Ссылались на заветы иудаизма, мол не сотвори себе кумира и т.п.

Сейчас всюду скульптуры-памятники, хотя иудаизм у нас крепчает, прием в самой жесткой харедимной версии. Наверное в 60 уже чувствуется дыхание вечности. А еще в Талмуде предсказано, что «Вечность Израиля не обманет» Нецах исраэль ло ишакэр.

КТО СКАЗАЛ, ЧТО СИОНИЗМ ОБЯЗАТЕЛЬНО ЗНАЧИТ ПОДДЕРЖИВАТЬ ЕВРЕЙСКОЕ ГОСУДАРСТВО НА БЛИЖНЕМ ВОСТОКЕ?

К 60-летию провозглашения Израиля

Шивхей Бешт - Прославление БЕШТ - замечательный цикл легенд и историй XVIII века, связанных с основателем хасидизма мистиком и проповедником рабби Исроэлем Баал-Шем Тов, известного также под анаграммой БЕШТ. В кругах последователей хасидизма эта книга окружена пиететом и пользуется репутацией святой. Один из рассказов повествует о соратнике Бешта, рабби Нахмане из Косова - маленького галицийского местечка в предгорьях Карпат. Занеслo однажды рабби Нахмана, которого книга зовет по-еврейски Косовер, в маленькое еврейское местечко. Наступала субботняя ночь, и Косовер, как полагается, остался встретить Царицу Субботу с местными евреями. Собрались евреи в синагоге, стали молиться. И вдруг увидели, что молится пришелец совсем не так, как завещали предки, блаженна их память. И не только молится, но и нарушает порядки и обычаи, заведенные в синагоге издавна. Возмутился народ. Подступил к Косверу грозно с вопросами «Да как тот еврей смеет нарушать заветы великих поколения отцов наших, блаженна их память!». Недалеко было до греха осквернения субботы, хотели при всем честном народе бить нарушителя. «Да остановились, заслышав как пчелы слов его вылетают изо рта, слаще меда и, насладились, и затихли, - пишет Шивхей Бешт, - И говорил Косовер им вещи заветные». Однако не убедил народ, и снова подошли к нему грозно, возбуждая друг друга «Да как смеет он стоять против Торы, и изменять молитву против обычая, и не молится с нами по традиции, установления благословенных отцов наших, праведников поколения, которые почивают в раю!» И говорил народу Косовер: «Евреи! А кто вам сказал, что они в раю?».

***

«А кто сказал, что быть сионистом обязательно значит поддерживать еврейское государство на Ближнем Востоке?», - как то летом 2000 года огорошил меня вопросом профессор Лев Гринберг, заведующий кафедрой антропологии и социологии Негевского университета им Бен-Гуриона в Бэер-Шеве. Мирный процесс на Ближнем Востоке уже фактически был мертв, но мы в Израиле еще по инерции продолжали жить, как будто движемся к миру и процветанию обещанного нам «Нового Ближнего Востока». Я не привык к таким вопросам. Меня не спрашивали, когда посылали на войну. Не спрашивали, когда объявляли о наступлении мира. Ариэль Шарон тогда только готовил свой провокационный визит на Храмовую гору в Иерусалиме. Шарон лучше других понимал, что лавина созрела, и надо лишь бросить камешек.

Прошло восемь лет. Восемь лет жизни в ситуации «нет партнера» для мира, открывшейся невиданной коррупции, цинизма и корыстолюбия, глядя на разрушение общественного благосостояния и социальной стабильности, которое я застал в Израиле 30 лет назад, я вернулся к этому вопросу. Сионизм начинался как движение освобождения еврея от мерзости местечковой жизни, освобождения от политической и экономической дискриминации в империях Восточной Европы, а еще больше от произвола и засилья собственных лидеров-кагалов, от коррумпированной, окостеневшей и неадекватной новым временам местечковой общинной структуры, от клерикального засилья.

Создание еврейского государства рассматривалось отцами основателями сионизма, как средство такого освобождения. Одним из многих. О самой целесообразности еврейского государства шли ожесточенные споры. Бунд сумел в период между двумя мировыми войнами создать замечательную структуру национально-культурной автономии на основе идиша. Автономисты предлагали освоить местные языки, оставаться гражданами своих стран моисеева завета. Коммунисты провели колоссальный эксперимент социальной инженерии, осуществили колоссальный проект внутренней эмиграции из черты оседлости в крупные советские города и и абсорбции евреев в мэйнстрим советской жизни. Миллионы евреев выбрали эмиграцию в Америку, где создали самую богатую, процветающую и благополучную еврейскую общину во всей тысячелетней еврейской истории. Были и такие, кого местечко устраивало. Религиозное еврейство видело будущее в сохранении прошлого.

Отцы сионизма вовсе не замыкались на поселении в Земле Израиля. Рассматривались другие проекты - Уганда, Мадагаскар. Возможную еврейскую родину видели в амурских лесах Биробиджана, в пампасах Аргентины, в Крыму и Восточной Пруссии. Сионизм стал определять себя национализмом лишь в результате Первой мировой войны, когда рухнул старый, имперский мировой порядок и мировое сообщество признало право наций на самоопределение.

Но даже тогда сионизм был не только национализмом, но и духовным, интеллектуальным движением освобождения еврея. А.Б. Гордон предлагал совсем иной, негосударственный путь для еврейского народа. Его идеи были широко распространенными. Мой отец был в молодежной организации Гордония, исповедовавшей сельскохозяйственный труд и отказ от насилия, как путь освобождения еврея. Ахад-Хаам предлагал создать в Палестине лишь духовный очаг, полагая, что завоевание земли приведет к насилию и утрате еврейских моральных ценностей. Свои соображения после поездки в Палестине он изложил в статье «Правда из Палестины». Длинная история сионизма знает и проекты еврейско-арабского государства, и планы верно служить интересам Отоманской империи, Великобритании, СССР, США и даже попытки договориться с нацистами.

Долгое время сионизм продолжал рассматривать еврейское государство как инструмент, обеспечивающий будущее еврейского народа. Первый премьер-министр государства Израиль Давид Бен-Гурион говорил «наше государство не создано уроженцами страны, и не создано для них» Эти слова стали эпиграфом для мемориального альбома «Давид Бен Гурион и армия», выпущенного в 1974 году году в Издательстве Министерства обороны Израиля. Как многие заявления наших политиков, даже самых лучших, торжественная фраза была словесной данью, в которую Бен-Гурион не верил.

Именно он был одним из ведущих политиков еврейского ишува в Палестине, сумевших отстранить от дел «старых сионистов» во главе с Хаимом Вейцманом и полностью изменить приоритеты сионистского движения. Бен-Гурион сделал все возможное, чтоб подчинить международное сионистское движение политическим интересам еврейского поселения в управляемой Британцами Палестине. Практические сионисты во главе с Бен-Гурионом эффективно похоронили старый сионизм и стали отцами неосинизма - ведущей политической доктрины Государства Израиль. После ошеломляющей победы Армии обороы Израиля в Шестидневной войне, неосионизм постепенно подчинил себе почти все организованное мировое еврейство. Современная организованная еврейская жизнь покоится сегодня на трех китах - культ Холокоста, борьба с антисемитизмом и поддержка политики Израиля. Причем, последнее все больше и больше подчиняет себе два первых направления.

Леви Эшкол - преемник Бен-Гуриона на посту главы правительства был рачительным хозяйственником, хорошим бухгалтером и администратором, создателем израильской сети дорог, водопровода, топливной базы и промышленно-транспортной инфраструктуры, которой страна в основном живет и сегодня. Он же подготовил израильскую армию к победе в Шестидневной войне, хотя (как и его противник Бен-Гурион) старался не допустить той войны. Эшкол полагал, что оккупация арабских территорий - не достижение, а непосильное бремя, способное похоронить под собой все достижения сионизма.

Историки рассказывают, что молодые генералы времен Шестидневной войны любили называть себя израильтянами, а родившихся в Восточной Европе политических лидеров презрительно - евреями (2). Эшкол, Отдай приказ). Для них подчинение интересов еврейского народа политическим интересам Израиля во всем мире стало естественной и непререкаемой аксиомой.

Эшкол не был великим интеллектуалом, но его живой ум, народный еврейский юмор и местечковый вид вызывал насмешки и даже ненависть как у уроженцев страны, так и у многочисленных эмигрантов из арабских стран, прибывших в страну после 1948 года. По воспоминаниям дочери, когда Эшкол просмотрел маленький сборник ядовитых анекдотов о себе, то заметил «Я бы мог сказать это все остроумней». Эшкол умер в 1968 году, но его фраза «Наша страна заселена совсем не тем народом, для которого она была создана» до сих пор поднимает у нас волны негодования и обвинения в расизме по отношению к арабским евреям.

Еврейский народ издавна состоял из двух частей. В социологии приняты термины - метро (от метрополия) и ретро. На самом деле Эшкол имел в виду, что Еврейское государство было создано ими для евреев, вроде его самого - с широким кругозором, европейским образованием, знанием мира, метро-евреев, для которых сионизм был, прежде всего, не еврейским национализмом, а революционным освобождением еврея. Эшкол не был идеалистом, и видел, что естественным образом, что в стране осели не метро-евреи, а те, которые хотели отделиться, которые тяготели к созданию обособленных еврейских коммунальных форм жизни.

Поначалу в строительстве Еврейского государства гегемонию завоевал именно социалистический сионизм, написавший на своих знаменах создание общественного благосостояния, уважения к труду и защиту прав трудящихся. Разумеется, все это было подчинено задачам «отвоевания Земли Израиля», но ни религиозные, ни светские противники социалистического сионизма в немалой степени вдохновленные идеями итальянского фашизма не могли предложить ничего лучшего.

Революции, как известно, заканчиваются вместе с поколением революционеров. Порожденные сионизмом революционные формы организации еврейской жизни сионизма - коммуны-киббуцы, сельскохозяйственные кооперативы-мошавы, рабочие артели, колонии в духе А. Л. Гордона, религиозные кибуцы, исповедовавшие принципы сочетания Торы и труда не выдержали испытания временем. Зато подавленная раньше традиционная местечковая форма организации еврейской жизни постепенно стала ведущей. Израиль сегодня во многом повторяет старое еврейское местечко, правда, во многом американизированное, и уже не восточноевропейское, а арабское. Географический фактор никому не удавалось отменить, и Израиль все больше и больше во всем напоминает своих соседей. Странный в Западном мире конституциональный еврейский характер государства вполне уместен на Ближнем Востоке, где «исламский» и «арабский» привычно включают в название государства.

Удержание оккупированных в результате Шестидневной войны территорий на долгие 40 лет стало главным, почти единственным проектом Еврейского государства, отодвинуло и потом совсем задавило все остальные начинания сионизма. В прошлые времена абсорбция миллионной